30 лет катастрофе под Улу-Теляком. «Это был ужас. Ад на земле»

4 июня исполнилось тридцать лет со дня крупнейшей в истории Советского Союза и России железнодорожной катастрофы, которая случилась на перегоне Аша – Улу-Теляк. Ветеран органов госбезопасности Валерий Пашковский рассказал о том, что происходило на месте трагедии.

– Валерий Александрович, как вы узнали о катастрофе?

– В то время я работал начальником Нуримановского районного отделения КГБ БАССР. Жил в частном доме в Нуриманово. Ночью проснулся от удара – будто мячом бросили в окно. Я вышел и увидел вдалеке зарево. Сначала подумал, что что-то произошло в Урмане, на всякий случай оделся. Вскоре подъехал УАЗик, и водитель сообщил про взрыв. Я еще переспросил: «Урман?» «Нет, Улу-Теляк!»

Ночью мы добрались до места, зрелище был ужасное. Да, ужасное! По-другому не скажу. Был пожар – всё кругом полыхало. Горел лес. Взрыв был мощный, металл висел на деревьях. Два вагона ударной волной сбросило с рельсов и перекинуло на противоположный путь, сильно смяло. У электровоза, который шел из Адлера в Новосибирск, сорвало крышу. Представляете, в каком аду оказались люди? Без слез не вспомнишь. Но в ту ночь эмоции пришлось отбросить в сторону – надо было выяснить, что произошло. Я выскочил на пути, побежал по рельсам, стал заглядывать в вагоны через разбитые стекла – и увидел горящие трупы…

– Как была организована работа на месте трагедии?

– Все было грамотно организовано еще до приезда руководителей высокого ранга. Председатель исполкома Иглинского райсовета Баширов Ракит Габитович там практически жил. Он и человек золотой, и руководитель порядочный. Когда начало светать, прибыла иглинская милиция, а к утру привезли военнослужащих из войсковой летной части, которая базировалась на улице Карла Маркса, и курсантов школы МВД.

– Молодые люди справились с потрясением?

– Да, ведь они в первую очередь воины. Конечно, каждый по-своему это воспринимал. Я замечал, что некоторые, насмотревшись на трупы, были в состоянии прострации. Но все работали достойно. Прочёсывали лес, ведь оставшиеся в живых люди находились в состоянии шока. Один мужчина с чемоданом пробежал метров семьсот от железнодорожного полотна, а потом умер. Утром работник пчелостанции Газизов нашел мальчонку лет шести – целого-невредимого, без ожогов. Он испугался и спрятался в лесу.

– Как вели себя местные жители?

– Улу-телякцы и ашинцы работали самоотверженно. Притащили одеяла, выкладывали на них полуживых людей. Помню, как двое мужчин затаскивали на одеяло практически умершего человека. Крикнули мне: «Что стоишь? Помогай!» Я взял пострадавшего за руку, а там кожа снимается… Многое в жизни повидал, но такого не забудешь.

К нашему стыду, были случаи, когда мародеры из местной шпаны снимали с трупов кольца, часы, цепочки. Но это единицы. В основном и жители, и иглинская милиция, и все остальные работали не за страх, а за совесть. Все честно выполняли свой долг. Идея была! А сейчас ее нет…

Я беседовал с людьми: кто что видел, кто что знает… На следующий день вызвали из отпуска второго оперативного работника, подъехали сотрудники из Уфы. Весте с Анатолием Ивановичем, который курировал железную дорогу, мы двое суток работали, ночевали в машине.

На второй день прилетел Михаил Горбачев. Всё начали убирать. Но горело всё до следующего вечера. Трупы забирали санитарные машины, а живых увозили на вертолетах.

В то время в Уфе за Госцирком была вертолетная площадка. Не знаю, кто ее закрыл, но считаю, что это подлость. Кто гарантирует, что ничего подобного не произойдет? Как быть без площадки? А тогда вертолеты садились рядом с восемнадцатой больницей, крупным ожоговым центром. Это многим спасло жизнь. Кого-то из пострадавших отвозили в Челябинск или отправляли самолетом в Москву.

Особенно тяжело было смотреть на родственников. Конечно, их привезли чуть позже, чтобы не устраивать дополнительную трагедию. Иначе начался бы кошмар, все бегали бы по лесу в поисках родных. Опознание происходило в уфимском морге.

– Как выясняли, отчего произошла трагедия?

— Очень быстро поняли, что это не диверсия, а техногенная катастрофа. Создали комиссию. Кусок трубы газопровода, пересекавшей железную дорогу, забрали на экспертизу. Понимаете, такие трубы должны быть идеальными, без единой царапинки, так как продукт, который там перекачивается, очень взрывоопасный. Вероятно, в результате сбоя при перекачке трубопровод и прорвало. Огромная ложбина заполнилась широкой фракцией легких углеводородов. Достаточно было малейшей искры, чтобы произошел взрыв.

– Писали, что, возможно, кто-то бросил из окна сигарету.

– Мое личное мнение – нет, это не от сигареты. Эти поезда вообще не должны были встретиться, один опаздывал. Когда два поезда идут навстречу друг другу, а там еще небольшой поворот, они немного притормаживают. В результате между колесом и тормозной колодкой образуется искра. Считаю, эта искра и привела к трагедии. Важно, чтобы подобное никогда и нигде не повторилось.

Беседовала Светлана Беллендир.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.