Участник войны, ветеран труда, высоко­классный конструктор, Ольхин проектиро­вал металлический орнамент с мотивами детских сказок для фасада кукольного теа­тра. Эту работу Сергею Александровичу по­ручил тогдашний директор УМЗ М.А. Ферин. Прошел всего-то месяц – и талантливый конструктор вместе с главным инженером проекта Ю.Г. Ткачевым выдали рабочие чер­тежи.
Удивительный человек был Сергей Оль­хин! На груди ветерана сияли ордена и медали. Он любил книги, любил людей. В свободное время всерьез занимался шах­матами – кумиром считал гроссмейстера Алехина, а сочинение «Белые и черные», по­священное этому чемпиону мира, было его настольной книгой.

«…Много он помнил фронтовых историй, но одна особенно запала в душу. До войны в Туймазах он учился в одном классе с Ва­лерием Мищевичем – будущим заместите­лем министра нефтяной промышленности СССР. Лучшие друзья вместе ушли на фронт, но война развела их в разные стороны. Од­нажды, в начале 1945 года, шли по мосту навстречу друг другу две колонны бойцов Красной Армии. Вдруг Евгений увидел в со­седней колонне Валерия – и тот тоже узнал товарища! Забыв про все на свете, друзья выбежали из строя, кинулись друг к другу, обнялись… «Нельзя, нельзя!» – кричали командиры. Бойцов тут же отправили об­ратно в колонны, но всех поразила эта встреча. Как удалось им узнать друг дру­га в толпе? Наверное, когда очень хочет­ся увидеть какого-то человека, высшие силы этому помогают…»

«В октябре 1941 года Евгений Ермолин был призван в Красную армию солдатом-лыжником. Он участвовал в боях под Москвой, воевал в составе 6-й танковой армии Второго Укра­инского фронта. «Был ранен и контужен, – вспоминал ветеран. – День Победы встретил на госпи­тальной койке – открылись старые боляч­ки».
После лечения окончил Казанское танковое училище (1942-1943), воевал в составе 6-ой танковой армии Второго Украинского фронта в должности помощника командира танковой роты. Участвовал в освобождении Украины, Молдавии, Румынии. Был ранен и отправлен на лечение в Молдавию, где и встретил День Победы….»

«– Однажды, когда наш ВСП-37 пересекал город Кизил, контактный провод упал на идущий состав поезда. Загорелся девятый вагон – именно тот, что закреплен за мной, – вспоминает фронтовик Чернова. – Зима, мороз! В вагоне началась паника. Тяжелораненые бойцы на ходу без одежды прыгали в снег. А мне надо было сохранять спокойствие, ни в коем случае не показывать, что я тоже растеряна. Взяв себя в руки, я, как могла, успокаивала раненых, в это же время спешно искала для них одежду, обувь. Старалась, чтобы они не только не расшиблись, но и не простудились, не подхватили воспаление легких…К счастью, пожар был быстро потушен…»

«…Погибло множество и наших, и немецких солдат. В этих сражениях был ранен и я: осколок раздробил коленный сустав. Так и остался на поле боя – двинуться не могу! А потом и сознание потерял. Однополчане с боями продвигались вперед, я от них безнадежно отстал. Очнулся – нестерпимая боль, из ноги брызжет струйка крови. Что делать? Попытался приподняться на руках, вижу – в двухстах метрах стоит разбитый танк. Тут я принял решение: во что бы то ни стало доползти до него. Как я мучительно полз – отдельный разговор. Четыре раза делал передышку – нырял головой вниз в воронки, образовавшиеся от взрывов…»

«…К этому времени я был ранен в ногу и остался на поле боя практически один среди наших погибших ребят. Фашистские танки прошли в наш тыл, за ними пробежали немцы. Я лежал не шевелясь. Дело было к вечеру. Нога страшно болела. Когда почти стемнело, я перевязал ногу, оторвав кусок от нательной рубашки. Страшно хотелось пить. Рядом от меня проходила дорога, по которой сновали немцы. Недалеко я заприметил кусты, решил добраться до них. К счастью, там протекал ручей. Напившись, я плакал чуть не в голос. Первой мыслью было застрелиться, чтобы не попасть в плен. Но я подумал: как же там, дома, мама узнает о моей смерти… И решил попытаться найти выход…»

«…В боях за высоту 621 6 апреля 1945 года рота шла в наступление. М. Исламов, вовлекая за собой товарищей, первым ворвался в траншеи противника. Здесь же его ранило, но он продолжал вести бой, уничтожая фашистов огнем из своего карабина. В этом бою товарищ Исламов уничтожил 7 фашистов. Тем самым дал возможность своему подразделению выполнить поставленную задачу…» – отмечается в Наградном листе Муксина Исламова.

«…Когда эшелон приблизился к Смоленску, начался немецкий налет. Горели вагоны, рельсы, как щепки, взлетали на воздух. Небо и земля будто соединились, стоял черный дым. Минигаян-апай вместе с подружками успела спрятаться под деревом, и их сразу же на­крыло камнями, песком. Когда все стихло, она еле выбралась из-под земли и позвала товарищей, но никто не откликался. Спотыкаясь о бесчувственные тела, она подбежала к горящим вагонам эшелона. Там и тут слышали стоны раненых, умирающих людей. Минигаян-апай на мгновение оторопела. Командиры быстро собрали оставшихся в живых и приказали тушить пожары, выносить раненых, хоронить мертвых. Все приступили к выполнению….»