Мой дядя Георгий (Егор) Федорович Леонтьев погиб во Мгинском районе Ленинградской области. Мама рассказывала, что Егор был решительным
парнем, ему удалось приписать в документах больше года, чтобы добровольцем уйти на фронт.
В школе Егор учился только на отлично, хорошо знал математику, поэтому его определили наводчиком артполка. В первом же бою он погиб.

Разведка выполнила задачу. Часть вырвалась из окружения и одной из первых завязала бой за освобождение Курска. Кифая Ахатова была представлена к медали «За отвагу», но по ряду причин не смогла ее получить. Было еще много боев, ранение, тяжелая контузия… Только спустя четверть века, в памятный апрельский день 1968 года, Кифае Зинановне в торжественной обстановке вручили заслуженную награду.
От Курска до Берлина прошла отважная разведчица, а вернувшись в родную Башкирию, снова оказалась на передовой, но уже трудового фронта.

Село Белка и окрестные деревни оказались под немцами. Отца Варвары, Прокофия Тимофеевича Покотило, организатора под-польной деятельности, после доноса полицаев арестовали и расстреляли вместе с другими партизанами.  Девчат угоняли в Германию, намеревались отправить туда и Варю. Но ночью 23 февраля 1943 года бойкая девушка покинула родную хату и убежала в поисках одной из отступающих дивизий Красной армии.
17-летняя девчонка рвалась на фронт! Военные выслушали ее рассказ о том, что идти некуда, что отец в братской могиле, а ее саму ждет вражеская Германия. И приняли в 659-ю отдельную роту связи при штабе 161-й стрелковой дивизии.

«В ночь с 15 на 16 апреля полку была поставлена задача нанести бомбовый удар по Зееловским высотам под Берлином. Именно здесь немцы рассчитывали остановить наши войска. «Внимание! До подхода к линии фронта десять минут. Всем приготовиться!» Николай смотрел вниз как завороженный. В воздух взвились тысячи разноцветных ракет. По этому сигналу вспыхнули десятки зенитных прожекторов, бросавших свои лучи в глубину вражеской обороны, освещая поле боя и ослепляя противника. Стало светло как днем… С высоты полета Николай видел, как сотни огненных фонтанчиков сокрушали позиции врага: разбивали зарытые в землю немецкие танки и блиндажи, калечили технику, неся смерть и разрушение. Казалось, что на земле поистине разверзся ад».

Моему отцу, Ямалетдинову Сахабутдину Ямалетдиновичу, выпала честь в составе 87 пограничного полка стоять на боевом посту в дверях зала, где проходило заседание Потсдамской (Берлинской) конференции 1945 года. В нем участвовали главы ведущих держав антигитлеровской коалиции: председатель Совета народных комиссаров СССР Иосиф Сталин, президент США Гарри Трумэн, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль. Конференция проходила с 17 июля по 2 августа.
Как вспоминал отец, в каждой двери стояли в три ряда военные из четырех стран: первый ряд – генералы, адмиралы, второй – старшие офицеры и третий – солдаты с автоматами.

Моя мама, Вяткина-Горбач Анна Петровна, уроженка села Бакалы Бакалинского района Башкирии, родилась 25 сентября 1918 года. Попала на фронт в 1942 году. Она сразу оказалась под Сталинградом, где шли ожесточенные бои.
Мама служила связистом в составе Третьего Украинского фронта, имела много воинских наград, войну закончила в румынском городе Констанца. Прошла Польшу, Венгрию, Австрию.
После войны вернулась в родное село, работала в леспромхозе. Мама ушла из жизни 30 января 2006 года. Я очень гордилась, горжусь и буду гордиться своей мамой и преклоняюсь перед всеми, кто защищал нашу Родину.

Боевой путь Алексей Касьян начал с должности помощника командира стрелкового полка 39-й армии Первого Украинского и Белорусского фронтов, участвовал в кровопролитных сражениях. 12 января 1945 года в бою под Кенигсбергом был тяжело ранен и контужен – осколок попал в голову.
После войны Алексей Сергеевич служил в в/ч Алкино. В 1977 году уволился в запас и продолжал работать в войсковой части Уфы в школе младших командиров до 1984 года.
До конца жизни фронтовик активно занимался общественной работой, встречался со школьниками, боролся за права ветеранов. Был активистом Ленинского районного совета ветеранов г. Уфы.

«Когда он ушел на фронт, у него было уже двое детей: я и сестра, после войны родилось еще четверо. Мы дружно жили в уфимском районе Нижегородка. Папа никогда не рассказывал о боях, не любил это вспоминать. Но все, чему он научился на фронте, пригодилось ему в быту. У отца были поистине золотые руки: мог сложить печку, смастерить мебель (шкаф, например, у нас был очень красивый, с узорами). Места в маленькой комнатке не хватало, и он соорудил полати, чтобы было, где детям спать. Он работал железнодорожником на станции Уфа, а мама воспитывала детей…»