Ушел из жизни ветеран Александр Машковцев — «отец» стадиона «Нефтяник»

Александр Петрович Машковцев более 60 лет посвятил развитию физической культуры: тренерской и судейской работе, строительству спортивных сооружений, проведению всесоюзных и международных соревнований. Спортсмены называют его «отцом» стадиона «Нефтяник». Сегодня это домашний стадион футбольного клуба «Уфа».

Прощание с Александром Петровичем пройдет 15 октября в 13 часов по адресу: Уфа, ул. Клавдии Абрамовой, 6

***

В память о ветеране публикуем интервью, которое Александр Петрович дал газете «Ветеран Башкортостана» в сентябре 2018 года накануне 90-летия.

В уютной квартире ветерана витал аромат кофе и едва уловимый запах свежей краски.

– Ремонт решил сделать, – деловито объяснил Александр Петрович. – Линолеум положил, потолок покрасил… Материалы-то мне привезли. Куратор из «Морского собрания» хотел прислать бригаду, а я сам уже закончил.

За чашкой кофе ветеран говорил о семье, о жизни. Показал бережно хранимый документ – похоронку, что пришла на семнадцатилетнего брата. Рассказал, как скучает по ушедшей из жизни жене, красавице Марии, как гордится успехами детей и внуков.

– А почему вас называют «отцом» стадиона «Нефтяник»? – поинтересовалась я.

– Так ведь я его строил, – ветеран протягивает документ: «Схема структурного построения спортивного комбината «Нефтяник» УНПЗ им. XII съезда КПСС», подпись – директор Машковцев. – Сначала построили отличную водную станцию – к нам со всего города спортсмены приезжали. Чего только там не было: байдарки, каноэ, скутера…  А стадион начали возводить как физкультурную базу для нефтеперерабатывающего завода. Тогда вторым секретарем Орджоникидзевского райкома был Иван Кондратьевич Мироненко. Он и дал поручение. В то время Гриценко строил бассейн «Буревестник». Как-то идем с ним на лыжах, разговариваем, он и спрашивает: «А бассейн-то у вас будет? Ты добейся!» Так я и решил включить бассейн в проектное задание.

Проектировала стадион Людмила Нечаева из мастерской имени братьев Весниных. Приезжает она, спрашивает: «Где будет бассейн?» Походили мы по территории, походили… Ниже строить нельзя – там овраг, насыпной грунт, а выше уже тир стоит.  «Давайте на тренировочном поле!» – предложила Людмила Александровна. Но я не согласился и уговорил снести тир. Ночью пригнали два бульдозера – и столкнули тир в овраг! Мироненко узнал, воскликнул: «Тебя же посадят!» «Не волнуйтесь, – отвечаю. – Решим». Ведь тир, по сути, на балансе не числился. Зато на этом месте появился прекрасный бассейн. Строили спорткомбинат на средства завода. Название «Нефтяник» тоже я предложил.

– Александр Петрович, флотская закалка помогает в жизни?

– Конечно! Я служил на Тихоокеанском флоте шесть лет. Стал моряком добровольно, по комсомольскому набору. Тогда из Башкирии на Дальний Восток ехал целый эшелон, добрались только через месяц. Помню, весна, солнце сияет,  залив блестит, песочек – и мы высыпаем из вагонов грязные, оборванные…  Расписали нас по кораблям, я был артиллеристом главного калибра. Занимался тяжелой атлетикой, стал чемпионом флота. Всю жизнь не пил и не курил, хотя были очень тяжелые моменты.

Ветеран вздохнул, вспомнил давнюю историю:

– Когда создали Камчатскую флотилию, меня как спортсмена перевели на другой корабль, чтобы там организовал команду. Старший помощник командира корабля вручил мне личное дело, которое считалось секретным. Приехал я в гавань, пошел на обед. Возвращаюсь – окно открыто, а чемодана нет! Только комсомольский билет остался в кармане.

Комсорг подвел меня к командиру корабля, объясняет: «Вот спортсмен прибыл, такое несчастье у него случилось…» А командир (в общем-то отличный мужик!) говорит презрительно: «Вечно мне всякое… на корабль присылают!» У меня аж слезы навернулись! Уж лучше бы ударил.

Занялась контрразведка, прокуратура… Прихожу к военному дознавателю, а там плакат висит: «За утерю секретных документов – пятнадцать лет строгого режима». «Вот ты, – говорит, – под этот пункт и попадаешь». Вышел я из кабинета – и аритмия началась. Не испугался, нет – а сердце колотится.

Тогда сел я на сопку, подумал…. «Пятнадцать лет. А мне сейчас двадцать один! Ничего. Штангу поднимать буду, команду организую. Жить можно!» Успокоил себя, взял сигареты – и закурил. Потом думаю – зачем мне это нужно? Я ведь спортсмен! Так навсегда и бросил. А дело закрыли, потому что, согласно инструкции, секретные документы надо или секретной почтой отправлять, или давать вооруженного сопровождающего. Влепили строгий выговор, высчитали за обмундирование – так и обошлось.

…Мы пили кофе, беседовали, рассматривали старые фотографии. Девяносто лет? Ну да, в паспорте. А заглянешь в глаза – и увидишь молодого парня, моряка, крепкого и по-хорошему упрямого. Наград у него много, а самая дорогая – знак «За заслуги перед городом».

Беседовала Светлана Беллендир.

Фото Р. Ишниязвой («Уфимские ведомости») и из личного архива А.П. Машковцева.

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *