Яков Квят: «Идем по болоту, а вокруг свищут пули»

Жизнь не стоит на ме­сте. И вот уже внуки и правнуки героев побеж­дают на своих фронтах: в спорте, в труде и в науке.

Яков Абрамович Квят прошел всю войну, был ра­нен. Он дед чемпиона России, известного российского автогонщика Даниила Квята.

Яков Квят, родив­шийся в Белоруссии недалеко от границы, оказался одним из тех, в чей дом война во­рвалась 22 июня ровно в четыре часа.

– Война для меня началась с взрывов и раз­битых окон. Позже выяснилось, что бомбили аэродром, – вспоминает Яков Абрамович. – Никто ничего не понимал. Только через два часа услышали по радио объявление Моло­това.

Старший брат Якова спасал имущество ад­министрации городка.

– Он крикнул мне: «Встретимся в Лиде!» (со­седний городок). А увиделись мы только через семь лет в Бирске, – рассказывает ветеран.

Город Лида оказался уничтоженным. После долгих злоключений 17-летний Яков добрал­ся до Ташкента, где он впервые увидел узбе­ков в национальной одежде и очень испугал­ся, подумав, что это бандиты.

Из Ташкента он поехал в Бухарскую об­ласть, устроился там помощником бондаря. Всего неделю длилось обучение, но как де­лать бочки Яков Абрамович не забыл до сих пор. Однажды он на спор с местными рабочи­ми смастерил за 20 минут отличную бочку.

После мобилизации в феврале 1942 года, в составе 54 гвардейской Макеевской диви­зии, он прорывал оборону немцев, которые после поражения под Сталинградом оккупировали Донецк и Макеевку.

– Наши старались сохранить города, так что перед штурмом не было артподготовки, – вспоминает Яков Абрамович.

А после Макеевки – 300 километров боев, переброска в Бобруйск, окружен­ный болотами.

– Ночами мы строили мосты, чтобы по ним могли проехать танки. Наверное, это одно из самых страшных моих вос­поминаний: мы идем по болоту, по грудь в жиже, а вокруг нас свищут пули, хло­паются в грязь снаряды, так что брызги падают прямо на лицо, – говорит фрон­товик.

За Бобруйск и Восточную Пруссию Яков Квят был награжден сталинскими благодарностями.

– Они раздавались прямо в окопах тем, кто уцелел, – показывает ветеран ветхие листы. – Честно говоря, тогда я вообще не думал о наградах. Даже от­казался от медали после боев под Брестом. Задача была – выжить.

За последний рубеж перед Берлином нем­цы сражались ожесточеннее всего. За пять дней удалось продвинуться всего на пять ки­лометров.

В январе 1945 года во время наступления Яков Квят подорвался на мине. Но после го­спиталя ему удалось вернуться в родную ди­визию, которую к тому времени уже перебро­сили в Берлин.

– Самые ожесточенные бои были 7, 8, 9 мая, когда была уже подписана капитуляция. Немцы прорывались, как могли. А вот 10 и 11 наступила полная тишина. Тогда мы вошли в город, конечно, сразу к Рейхстагу – а он уже весь исписан! Едва нашел место, чтобы наца­рапать свое имя и звание, – улыбается Яков Абрамович.

Но в 1945 году служба для старшего сер­жанта Якова Квята не окончилась. Демоби­лизовался он только через 2 года, тогда же получил весточку из Уфы от старшего брата. Правда, ждать эшелона на Урал на вокзале в Берлине пришлось почти месяц, и брата успе­ли перевести в Бирск.

Так Яков Квят стал жителем Бирска, освоил еще несколько профессий, стал строителем. Но дни Великой Отечественной ветеран пом­нил всегда и своего  внука Даниила учил тому же принципу – во всем быть первым.

Дмитрий ВЕТРОВ.  Фото автора.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.