Жизнь не стоит на месте. И вот уже внуки и правнуки героев побеждают на своих фронтах: в спорте, в труде и в науке.
Яков Абрамович Квят прошел всю войну, был ранен. Он дед чемпиона России, известного российского автогонщика Даниила Квята.
Яков Квят, родившийся в Белоруссии недалеко от границы, оказался одним из тех, в чей дом война ворвалась 22 июня ровно в четыре часа.
– Война для меня началась с взрывов и разбитых окон. Позже выяснилось, что бомбили аэродром, – вспоминает Яков Абрамович. – Никто ничего не понимал. Только через два часа услышали по радио объявление Молотова.
Старший брат Якова спасал имущество администрации городка.
– Он крикнул мне: «Встретимся в Лиде!» (соседний городок). А увиделись мы только через семь лет в Бирске, – рассказывает ветеран.
Город Лида оказался уничтоженным. После долгих злоключений 17-летний Яков добрался до Ташкента, где он впервые увидел узбеков в национальной одежде и очень испугался, подумав, что это бандиты.
Из Ташкента он поехал в Бухарскую область, устроился там помощником бондаря. Всего неделю длилось обучение, но как делать бочки Яков Абрамович не забыл до сих пор. Однажды он на спор с местными рабочими смастерил за 20 минут отличную бочку.
После мобилизации в феврале 1942 года, в составе 54 гвардейской Макеевской дивизии, он прорывал оборону немцев, которые после поражения под Сталинградом оккупировали Донецк и Макеевку.
– Наши старались сохранить города, так что перед штурмом не было артподготовки, – вспоминает Яков Абрамович.
А после Макеевки – 300 километров боев, переброска в Бобруйск, окруженный болотами.
– Ночами мы строили мосты, чтобы по ним могли проехать танки. Наверное, это одно из самых страшных моих воспоминаний: мы идем по болоту, по грудь в жиже, а вокруг нас свищут пули, хлопаются в грязь снаряды, так что брызги падают прямо на лицо, – говорит фронтовик.
За Бобруйск и Восточную Пруссию Яков Квят был награжден сталинскими благодарностями.
– Они раздавались прямо в окопах тем, кто уцелел, – показывает ветеран ветхие листы. – Честно говоря, тогда я вообще не думал о наградах. Даже отказался от медали после боев под Брестом. Задача была – выжить.
За последний рубеж перед Берлином немцы сражались ожесточеннее всего. За пять дней удалось продвинуться всего на пять километров.
В январе 1945 года во время наступления Яков Квят подорвался на мине. Но после госпиталя ему удалось вернуться в родную дивизию, которую к тому времени уже перебросили в Берлин.
– Самые ожесточенные бои были 7, 8, 9 мая, когда была уже подписана капитуляция. Немцы прорывались, как могли. А вот 10 и 11 наступила полная тишина. Тогда мы вошли в город, конечно, сразу к Рейхстагу – а он уже весь исписан! Едва нашел место, чтобы нацарапать свое имя и звание, – улыбается Яков Абрамович.
Но в 1945 году служба для старшего сержанта Якова Квята не окончилась. Демобилизовался он только через 2 года, тогда же получил весточку из Уфы от старшего брата. Правда, ждать эшелона на Урал на вокзале в Берлине пришлось почти месяц, и брата успели перевести в Бирск.
Так Яков Квят стал жителем Бирска, освоил еще несколько профессий, стал строителем. Но дни Великой Отечественной ветеран помнил всегда и своего внука Даниила учил тому же принципу – во всем быть первым.
Дмитрий ВЕТРОВ. Фото автора.
***
Публикация размещена в рамках проекта «Ветеран Башкортостана: с уважением к времени и людям»,
реализуемого АНО Издание «Ветеран Башкортостана» при грантовой поддержке Президентского Фонда культурных инициатив.