Мидхат Карачурин. На фронте был фоторазведчиком

Он служил в фоторазведке, и любовь к съемке пронес через годы. 

Победного салюта не видел

– Повестку мне принесли 7 ноября 1943 года, когда исполнилось 17 лет, – неспешно рассказывает Мидхат Файзуллович Карачурин. – Нас, молодых ребят, собрали в чишминском военкомате, построили и увезли куда-то в товарняках. Мы прибыли на станцию ночью и тридцать километров шагали до Тоцких лагерей.

Наутро, после бани, новобранцев по одному приглашали в штаб. «Ну что, Карачурин, куда тебя отправить? – спросил паренька полковник. «Ну, где интереснее, где веселее…» – слегка растерявшись, отозвался он. «А здесь тебе, мой друг, не детсад, а армия, – был строгий ответ. – Значит, семилетку на пятерки окончил? В фоторазведку назначим».

Мидхат Файзуллович вспоминает, как ему удалось отправить подарок отцу – купленную у приятеля-грузина опасную бритву. К посылке он приложил записку: «Уезжаем на
фронт, а это тебе на память – чтобы я живым-здоровым вернулся». Отец берег бритву всю войну – и правда, не получил сын на фронте ни одного ранения.

Сначала Карачурин служил в фоторазведке, потом его отправили учиться на топографа. И в 1944 году попал он в самое пекло – на Курскую дугу. Вот что удивительно: этот человек никогда не говорит о невзгодах. «Я жил легко», – повторяет Мидхат Файзуллович.

– Мы в районе Курской дуги, когда немцы отступили, картошку пекли, – улыбается ветеран. – Там немцы много картошки сажали! Мы в землю снаряд заложим, травой прикроем, пять минут – и картошка готова. Соли не было – так ели.

После Курской дуги были Карелия, Украина, Белоруссия… Бесконечные эшелоны, дороги, станции.

– Я День Победы встретил в Москве, но даже салюта не видел, – рассказывает Мидхат Файзуллович. – Закрытый товарный вагон – что из него разглядишь?

Маршал Жуков от почетного караула отказался

В 1946 году боец оказался в Сарапуле, и там ему довелось увидеть Маршала Жукова.

– Когда выяснилось, что в лагерь приедет Жуков, нас каждый день муштровали строевой подготовкой, – говорит ветеран. – Но за пару дней стало известно, что маршал отказался от почетного караула. Мы сдали обмундирование, и тут прилетело известие – Жуков приехал.

Великий полководец оказался человеком простым, незаносчивым, он не хотел привлекать к себе лишнего внимания. Жуков, в шинели нараспашку, неспешно прошел по узкому тротуару, заглянул в клуб, в столовую, а потом отправился в штаб, где уже были накрыты столы. Застолье для военачальников продолжалось до вечера, а к ночи маршал
тихо уехал.

Мидхату Карачурину не раз приходилось делать фотопанорамы – карты местности, на которых отмечены военные точки. Однажды вместе с приятелем Токаревым они выполнили удивительную работу. Из разноцветных ракет – желтой, красной, зеленой – добыли красящую эмульсию и сделали невиданную для 1946 года цветную фотопанораму. Когда в Удмуртию на учения прибыл командующий генерал Янклович, он был восхищен: «Сколько служу, впервые такое вижу! Ну, разведчики, молодцы!» А когда они сделали фотографию самого Янкловича в полный рост и отправили ее командиру бригады, оба лаборанта получили благодарность и десять суток отпуска.

– Я-то домой поехал, в Уфу, – рассказывает ветеран. – А вот друг остался в части: десять дней ничего не делал, спал и гулял. У него родители погибли, деревня на Украине была
сожжена. Некуда ему было ехать.

После войны Мидхат Карачурин некоторое время работал в колхозе на лесозаготовке. Часто трудился ночью.

– Однажды в лунную ночь мы приехали в лес, а лошадь фыркает, волнуется… Смотрим – а рядом волк сидит, на нас смотрит! Глаза желтые, в темноте горят, как фонари. Лошадь как рванет с места! И с тех пор мы только днем работали…

В декабре Мидхат Файзуллович уехал в Уфу, устроился на агрегатный завод, где проработал 38 лет, заслужил уважение руководителей и коллектива. И всю жизнь, с самой войны, он не расставался с фотоаппаратом – делал замечательные снимки.

Записано в июне 2010 года. Фото из личного архива ветерана.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.