Журнал «Эсквайр» (esquire.ru) опубликовал «Правила жизни Шер» — 70-летней певицы и актрисы из Лондона. «Нет никакого закона, согласно которому после 65 люди должны жрать собачий корм, становиться ненужными и поскорее умирать. В старости нет ничего плохого хотя бы потому, что она приходит ко всем, кто до нее дожил. Но старость — это как враг. Лучше с ним договориться, чем вступать в бой», — полагает Шер.
Вот еще некоторые Правила жизни знаменитой певицы:
Я ушла из дома в 16 лет. Это было легко. Мать просто сказала мне: «Чтобы быть успешной, не обязательно зарабатывать много денег. Живи, рожай детей, не теряй веры в себя, оставайся красивой и пой, чтобы себя прокормить».
Каждый из нас изобретает себя сам. Просто у кого-то воображение богаче, чем у других.
Я до смерти боюсь бедности. Я выросла в нищете и всегда чувствую ее внутри. Это как толстая женщина, которая сбрасывает 500 фунтов, но внутри все равно остается толстой.
Недавно я пошла в салон и удалила свои татуировки. Свою первую я сделала в 27 лет, и тогда это было настоящим высказыванием. А сегодня татуировки делают все, и это стало смертельно скучно.
Нет никакого закона, согласно которому после 65 люди должны жрать собачий корм, становиться ненужными и поскорее умирать. В старости нет ничего плохого хотя бы потому, что она приходит ко всем, кто до нее дожил. Но старость — это как враг. Лучше с ним договориться, чем вступать в бой.
Я совсем перестала узнавать страну, в которой выросла. Наверное, это самое страшное, что приносит возраст, — ощущение, что твоя страна тебе больше не принадлежит.
Как я прожила жизнь? Не боялась принимать риск и никогда не беспокоилась, что обо мне подумают.
Ты не станешь великой, пока не научишься легко относиться к тем моментам, когда выглядишь глупо.
Единственный день рождения, на котором я плакала, — это мое сорокалетие. Когда я увидела торт со свечками, слезы стояли у меня в глазах. Я подумала: «Все, молодость прошла». Но на следующий день меня пригласили в «Иствикские ведьмы». Моим партнером стал Джек Николсон, и я подумала, что все не так уж плохо.
Не так давно я приобрела себе место на Пер-Лашез (парижское кладбище, где похоронено множество знаменитых людей. — Esquire). Но по законам Франции там может быть похоронен только французский гражданин или тот, кто умер во Франции. Так что, если я заболею, сразу же куплю себе билет в Париж.
Я люблю привидения. Некоторые приведения куда лучше большинства людей.
Как жить? Встань — и пусть тебя сосчитают, или сядь и останься незамеченным. Не мусори, не брезгуй жвачкой и не улыбайся, проходя мимо бездомных. И неважно, что будет через пять лет. Скорее всего, только любовь и страх.