Рима Баталова: «Каждый паралимпиец — это человек-подвиг»

Рима Баталова (30)

Беседа с Римой Баталовой (13-кратной Паралимпийской чемпионкой, 18-кратной чемпионкой мира, депутатом Государственной Думы, вице-президентом Паралимпийского комитета России) состоялась на следующий день после печального известия о том, что российскую сборную не допустили на паралимпиаду в Рио-де-Жанейро. «Мы переживем удар – и пойдем дальше», – уверенно сказала Рима Акбердиновна.

 

ЧУВСТВУЮ ИХ БОЛЬ, КАК СВОЮ

– Рима Акбердиновна, вчера стало известно об окончательном отстранении российских спортсменов от паралимпиады Рио. Какие слова поддержки вы можете сказать нашим паралимпийцам?

– Трудно подобрать слова, которые могли бы их утешить. Но ведь жизнь на этом не заканчивается. Надо жить дальше и тренироваться во что бы то ни стало.

Как мне не понять этих ребят? Я чувствую их боль, как свою. Знаю, как им сейчас тяжело, ведь и сама была в такой ситуации. Мне показалось, что я вернулась в 1984 год, когда Советский Союз бойкотировал игры в Лос-Анджелесе. Наша сборная команда впервые должна была поехать на паралимпийские игры. Мы сидели на чемоданах и ждали. И вот нам объявили, что никуда мы не полетим. Но тогда это было решение нашей страны, все-таки полегче было пережить. А теперь очень больно от несправедливости.

Изменить положение в данный момент мы уже не можем. Мы имеем право подать иск в европейский суд по правам человека, но для этого необходимо время, а его у нас нет. Ведь это всё было так и запланировано – сами понимаете, какой страной. Они ничего не смогли сделать с олимпийцами – все-таки МОК твердо стоит на ногах. А с паралимпийцами получилось. Они не хотят, чтобы наши ребята боролись, проявляли патриотизм, чтобы играл наш гимн… Но россияне же такие люди – нас лучше не трогать. А если тронут, мы и себя, и других защитим. Наши родители во время войны, защищая Родину, ложились под танки, это и нам передалось. Так что этот удар мы переживем и пойдем дальше.

– Сколько паралимпийцев из России должны были поехать в Рио?

– У нас большая команда – 267 спортсменов. Для сравнения, в 1988 году сборная СССР состояла из тридцати трех человек, а США – из четырехсот пятидесяти. Нашу команду через лупу можно было разглядеть! Мы выступали только в трех видах: легкая атлетика, плавание и борьба, но при этом уже тогда показали хорошие результаты.

В 1992 году вообще ситуация была странная – ни страны, ни флага… Но тогда нам все-таки дали выступить под Паралимпийским флагом, а теперь даже этого не предложили. Никаких доказательств в употреблении допинга нам так и не предъявили. Господин Крейвен, председатель Паралимпийского комитета, четко сказал: «Конечно, мне жаль спортсменов, к ним нет претензий. Претензии к государству…» Но как так можно? Ведь некоторые инвалиды выступают уже в солидном возрасте, эта Паралимпиада для многих могла стать и первой, и заключительной. Ведь не все могут потом выйти на тот уровень, что есть сегодня. В паралимпийском спорте тоже есть конкуренция, многие ребята хотят попасть в сборную.

В УФЕ ПОСТРОЯТ ПАРАЛИМПИЙСКИЙ ЦЕНТР

– Вы стояли у истоков паралимпийского движения в стране. Сложно ли быть первопроходцем?

– Конечно. Мне приходилось доказывать, что мы, люди с ограниченными возможностями, такие же, как все. Что мы вообще существуем! Нас не замечали, просто не хотели видеть. В Советском Союзе ведь как говорили? «Мы не можем проводить соревнования, потому что у нас нет инвалидов». Знаете, когда в институт нельзя, спортом заниматься нельзя, даже рожать нельзя, приходится стену пробивать головой. Приходится отстаивать свои права.

В 2002 году меня избрали членом совета по физической культуре и спорту при Президенте России. И вот я встала и сказала Владимиру Владимировичу: «А ведь у нас еще есть паралимпийский спорт, который тоже защищает честь своей страны! Когда мы побеждаем, тоже поднимается флаг, играет гимн. Но мы нищие! У нас вообще ничего нет». Вячеслав Фетисов, который тогда был председателем Госкомспорта, сказал: «А ведь она права!» И Президент меня услышал – за месяц нас включили в новую программу.

– Можно ли сказать, что сейчас общество повернулось лицом к инвалидам?

– Ситуация, конечно, меняется к лучшему. Уже и чиновники прекрасно понимают, например, что нужно обеспечить доступную среду, причем уже на этапе строительства. Вот мы дом строим – окна же сразу ставим. Значит, и лифты, и пандусы, и прочее сразу надо предусмотреть.

Я оптимистка, всегда верю в хорошее. Вижу, что и сами инвалиды стали более активными. Вообще, человек, неважно, с ограниченными возможностями он или нет, должен быть сильным. В нас всегда борются два чувства. Одно говорит: «Иди по проторенному пути, плыви по течению, пожалей себя…» А другое чувство заставляет подняться и добиваться успехов. Разве мало здоровых людей, которые лежат на диване, ругают страну и считают, что все перед ним виноваты и все им должны? Ну ты встань, приведи для начала свою квартиру в порядок – может, и в голове что-то очистится. А потом уже иди во двор, на улицу, действуй! Успех каждого человека – это успех республики и России. Так и получается великая страна.

– Почему в Башкирии так много успешных паралимпийцев?

– Мы первоначально были самыми сильными, а теперь Башкирия уже отстает! В команде из 267 человек всего тринадцать представителей республики, а больше всего спортсменов из Москвы и Подмосковья. Так что есть к чему стремиться. После Паралимпийских игр в Сочи многие главы регионов поняли, что надо активно работать с этой группой населения. Появились новые коррекционные школы, реабилитационные центры. С мертвой точки мы давно сдвинулись.

– Будет ли в Уфе построен Паралимпийский центр?

– Он строится и обязательно откроется. Этот проект поддерживает Глава республики. Мы с ним недавно разговаривали, и он сказал: «Обязательно построим». Этот центр необходим не только паралимпийцам – мы там займем всего десять процентов площади. Акцент сделан на этом, чтобы в центре было все необходимое для инвалидов. Но в нем предполагается проводить самые разные соревнования, в том числе международные. И дети там будут заниматься.

МОИ ВНУЧКИ — ЭТО МОЯ РАДОСТЬ

– Судьба много раз испытывала вас на прочность. Как вам удалось справиться с трудностями, не сломаться?

– Я считаю, что каждый паралимпиец – это человек-подвиг. Каждый человек с ограниченными возможностями прошел такой путь, что здоровому это осознать невозможно. Я живу с девизом «Вперед и только вперед!» Другого девиза у меня нет.

В подростковом возрасте у меня начались проблемы со зрением, позже – осложнения на глаза, операция за операцией. Когда восстанавливали ноги, операцию делали шесть часов, стоял вопрос об ампутации, но потом эти ноги обежали весь мир. Перелом позвоночника… Сейчас, когда я вспоминаю о том, что пережила, сама удивляюсь: как я могла это выдержать? Надо преодолеть в первую очередь себя, а потом уже и другим показать, на что способен.

– Поддерживает ли Вас ваша семья?

– Для меня моя семья – это моя крепость. Я благодарна Богу, что она есть. Они нуждаются во мне, и я в них очень нуждаюсь. Это мои единомышленники, мои помощники. Они знают все мои проблемы, во всем мне помогают. Сейчас уже и внучки есть – это такая радость, такая отдушина! Когда маленькие ручки тянутся к тебе, понимаешь, что ради этих моментов стоит идти дальше и делать все, что от тебя требуется.

– Находите время, чтобы радовать внучек пирогами?

– Это редкость уже, не могу похвастаться. Времени очень мало – не до пирогов. Но те свободные мгновения, которые появляются, посвящаю им. Мне нравится играть с ними, слушать их. Они всегда ждут меня, души во мне не чают. Хотя я быстро пришла – и быстро ушла. Они с малых лет понимают – ну вот такая у них бабушка!

– Хотели бы, чтобы внучки стали спортсменками?

– Я не могу сказать, хотела бы я или нет. Если раньше у меня было такое желание, то после того, что сейчас происходит в мировом спорте, я даже не знаю.

Дочке я этот путь не открыла, хотя у нее были хорошие задатки. Она росла со мной на стадионах и на сборах, она знает эту жизнь. Дочь всегда говорила: «Я – как мама», но я понемногу отбивала ее желание идти в большой спорт. Я не хотела, чтобы она стала великим спортсменом.

– Потому что это тяжело?

– Да, очень тяжело. Ведь ради спортивных достижений ты от всего отказываешься. Вся жизнь посвящена спорту. Один раз нарушил режим – всё, система разорвалась. Это отзовется уже на соревнованиях: потеряешь секунды, которые ты не добрал на тренировке. Но когда ты уже чувствуешь вкус победы, хочется ощутить его снова и снова.

КОГДА ИГРАЕТ ГИМН, ВЫРАСТАЮТ КРЫЛЬЯ

– Какие чувства вы испытываете, когда в вашу честь играет гимн?

– О, это необъяснимые чувства! Они тебя всю переполняют. Для меня гимн играл более сотни раз только на международных соревнованиях, не говоря уже о республике и России. Но хоть в первый раз, хоть в сотый – это незабываемые минуты. У меня всегда возникает ощущение, что крылья вырастают! И эти крылья доносят тебя до следующих соревнований и до нового пьедестала. И тут уже забываются все травмы, боль, огорчения… А спускаешься с пьедестала – и начинаешь работать по новой.

Я ребятам всегда говорю: «Когда вы спустились с пьедестала, забудьте о том, что вы чемпионы! Начинайте упорно работать с нуля. Помните, что к пьедесталу всегда стоит очередь тех, кто тоже хочет достичь вершины».

– А паралимпийцы дружат или больше конкурируют?

– Мы дружная семья, этим всегда отличались. У нас нет враждебности. Когда приезжаем на соревнования, общаемся, радуемся успехам.

– Как вы думаете, сейчас паралимпийцы других стран радуются или сочувствуют, что российскую сборную отстранили?

– Трудно сказать, что они чувствуют. Но многие страны нас поддерживают. Вот президент паралимпийского комитета Беларуси говорит, что он обязательно возьмет два флага – белорусский и российский. Ему, конечно, запретили. Но я хорошо знаю Шепеля, поэтому уверена – всё равно возьмет!

– А ведь это тоже подвиг.

– Подвиг! Олег Шепель совершает подвиг, потому что знает, через что мы прошли. Я лично с ним тренировалась, мы вместе выступали за команду Советского Союза. И сейчас он поддерживает Россию.

– Вы побывали во многих странах мира в то время, когда немногие советские граждане выезжали за границу. Что вас там удивляло?

– Чувства мы испытывали разные. Когда были молодыми, казалось, что попадаем в рай. Вся инфраструктура продумана под инвалидов! Нас это поражало. Но с годами понимаешь, что дома все равно лучше. Всегда возвращались с радостью: быстрее домой, домой!

Конечно, бывало, что предлагали остаться за границей или в другом регионе, переманивали, предлагали квартиры, прекрасные условия. Но я патриотка своей республики и страны.

– На родине, в Шаранском районе, часто бываете?

– Вчера только была! Когда-то я помогла сохранить там школу, а теперь мы отремонтировали и открыли клуб.

– Земляки, наверное, очень гордятся вами?

–Они радуются за меня, это видно. Гордятся, что я, инвалид, добилась успехов в спорте и стала депутатом Государственной Думы. Каждый подходит: «А вы к нам зайдете? А к нам?» Как тут поступить? К одним зайдешь – остальные обидятся… Поэтому я предложила: «Давайте лучше вместе попьем чай!» Прямо на улице накрыли стол, поставили большой самовар… Очень хорошо все получилось.

Своему району я всегда помогаю, а, если есть возможность, помогаю всем. Одиннадцать школ и реабилитационных центров я обеспечила спортивным инвентарем и сооружениями, а моя мечта – обеспечить этим все 37 коррекционных школ республики. Надо, чтобы инвалиды смогли реализовать себя. Не все станут чемпионами, но это придаст им сил в любой профессии.

Мы ведь сами вышли из «каменного века». У нас не было ни шиповок, ни кроссовок… Где-то у кого-то купишь, заплатив втридорога.

– Собственные деньги вкладывали?

– Да конечно! А в себя всегда надо вкладывать. Почему мы считаем, что нам кто-то должен? Я всегда так думала: пусть у меня не будет нового платья, но я куплю хорошую спортивную обувь, чтобы добежать до вершины. А если не вкладывать в себя, откуда эта вершина появится?

– Ваш сильный характер – он такой с детства или вы сами его воспитали?

– Я всегда была такой. Может, потому что Козерог, первого января родилась.

– Значит, Новый год для вас – двойной праздник?

– Да, через секунду после боя курантов начинаются звонки, я даже не успеваю выпить бокал шампанского. Друзья между собой соревнуются, кто быстрее дозвонится, а ведь они у меня по всей стране: в Иркутске, Питере, Москве.. Я сразу говорю: «Ты дозвонилась первой, ты второй, а вот ты опоздал – не попал в тройку!» (улыбается).

– Брали ли вы с собой на соревнования какой-нибудь талисман?

– Мы, спортсмены, все суеверные. У каждого своя примета. Перед соревнованиями я всегда находила в сумке или чемодане какую-нибудь любимую игрушку своей дочери, а когда она научилась писать – и записочку. Я всегда удивлялась: как же ей удается незаметно положить игрушку в уже готовый, собранный чемодан? Эту игрушку я очень берегла.

– Вы занимаетесь спортом, а наблюдать за соревнованиями любите?

– Я страстная болельщица. Когда у меня есть возможность, всегда хожу на матчи «Салавата Юлаева». Для меня неприемлемо спокойно сидеть и смотреть – я эмоционально болею, постоянно в движении. Такая энергетика!

– А Олимпиаду смотрели?

– Смотрела, даже ночью включала телевизор. Печально, что наши в легкой атлетике не выступали. Но я болела за каждый вид спорта. Ведь слабые спортсмены на олимпийский пьедестал не попадают.

– Ваши достижения отражены в «Книге рекордов Гиннеса». Как вы узнали об этом?

– Я и не знала. Приехал тренер из Иркутска, он мне и сообщил: «Римуля! Я вчера взял «Книгу рекордов Гиннеса», перелистываю – и вижу твою фамилию!» Это было удивительно. Но в работе я забываю об уже взятых высотах. Ставлю новые – и к ним иду.

– Но ведь бывают моменты слабости. Наверное, хочется и поплакать…

– Конечно! А что, мы не плакали? Бывало, и навзрыд ревели! Но от этого надо быстро отходить. Самое страшное для нас, людей с ограниченными возможностями, – это жалость к себе. Надо верить, что наступит завтра, и все будет хорошо.

– Спорт, политика, общественная деятельность, благотворительность… Как у вас на все хватает времени?

– А я не ставлю вопрос, как найти время. Я просто делаю – и все. Конечно, есть намеченный план, иногда в него вносятся коррективы. Ведь если люди во мне нуждаются, я не могу не быть с ними.

Беседовала Светлана Беллендир.

Фото из личного архива Р.А. Баталовой.

Интервью опубликовано в газете «Ветеран Башкортостана», № 8 (96) август 2016 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *